Мы обсудили:
- Новые вызовы в разблокировке активов
- Успешные примеры возврата заблокированных средств
- Актуальные санкционные меры и их воздействие на процесс разблокировки
Запись вебинара
Главные выводы для инвестора
«Почему активы заблокированы и как их вернуть?»
Иностранные бумаги российских инвесторов хранились по депозитарной цепочке, и одним из звеньев был Национальный расчетный депозитарий (НРД). В феврале 2022 до введения против НРД, расчеты по этим цепочкам остановились. Чтобы вернуть активы, нужна лицензия — разрешение регулятора той страны, где находится головной офис депозитария. Для бумаг в бельгийском депозитарии Euroclear это Казначейство Бельгии, для бумаг в люксембургском Clearstream — Минфин Люксембурга. Если в цепочке есть американские посредники, дополнительно нужна лицензия OFAC — ведомства Минфина США, которое отвечает за санкции.
«Какие последние новости от Казначейства Бельгии?»
11 сентября Государственный совет Бельгии отменил приказ министра финансов от 13 декабря 2023 года, которым Казначейству передали право выдавать лицензии. Получается, что все решения после этой даты, включая отказы, приняты без полномочий, и это основание вернуться к ним. Выдавать лицензии можно и сейчас: новый закон подтвердил полномочия министра, решения подписывает он. Заявку рассматривают 9–12 месяцев.
«Что делать, если отказ в лицензии не был обжалован?»
Подать в тот же орган заявление о пересмотре отказа, сославшись на то, что у Казначейства не было полномочий, и обновить заявку с учетом изменившихся правил. Если в пересмотре откажут, даже коротким письмом по электронной почте, этот ответ можно обжаловать в Госсовете. Рассмотрение там занимает 9–12 месяцев, и, по опыту юристов, суд чаще встает на сторону инвесторов. Скрывать прежний отказ бессмысленно: в Бельгии видят, кто уже обращался.
«Можно ли вернуть активы через обмен?»
В 2025 — начале 2026 года крупные брокеры активно предлагали схемы обмена заблокированных активов с оплатой процентом и только при успехе. На декабрь 2025 года Казначейство Бельгии не выдало для этого ни одной лицензии по коллективной заявке: правила ЕС разрешают лицензии только по владению бумагами, сложившемуся до 3 июня 2022 года. К тому же такие схемы обычно требуют перевести бумаги к другому брокеру внутри НРД, а Казначейство расценивает это как продолжение отношений с санкционным НРД. Такой шаг снижает шансы и на обычную, индивидуальную лицензию.
«Что происходит с активами, купленными через СПБ Биржу?»
Решений пока нет. По этим активам нужна лицензия OFAC, все заявления в ведомство еще на рассмотрении, а обычный для него срок — 2–2,5 года — пока не истек. Ситуацию осложнило то, что СПБ попала под европейский запрет на любые операции. Поэтому для бумаг, которые хранятся у европейских посредников, может понадобиться еще одна лицензия: Казначейства Бельгии, если активы в брюссельском офисе BNY Mellon, или кипрского регулятора, если у брокера Freedom Finance Europe. Обращаться в ЕС сразу или после решения OFAC, единого мнения у юристов нет.
«Как сейчас получают и исполняют лицензии OFAC?»
Лицензии выдаются и исполняются, но рассмотрение занимает 2–2,5 года. Исключение — цепочки, где есть ВТБ: банк включен в иранскую санкционную программу США, и по таким заявлениям OFAC массово отказывает. Эти отказы можно оспорить, если доказать, что инвестор с программой не связан. При этом лицензия OFAC нужна не всегда: если в цепочке перевода нет американских посредников, бывает достаточно лицензии Казначейства Бельгии, даже для бумаг в долларах.
«Что такое transaction ban и как он влияет на лицензии?»
Transaction ban — введенный ЕС в июле 2025 года полный запрет любых операций с банками из специального списка. Под ним уже
«Что происходит с фондами Finex и когда ждать выплат?»
Фонды Finex ликвидируются, и выплат инвесторам пока нет. Их активы, кроме российских, уже проданы, деньги находятся у специального администратора. Сначала ликвидатор 3–6 месяцев разрабатывает порядок выплат: как проверять инвесторов и подтверждать их права. Затем порядок утверждает суд Ирландии, после чего нужны разрешения регуляторов — по оценке АТОН, это еще 6–12 месяцев.
«Как вернуть активы из Clearstream?»
Решение принимает Минфин Люксембурга, и пока он одобряет в основном возврат денег, а не ценных бумаг: к июню 2026 года из 95 заявок одобрено 7. Поэтому многое зависит от портфеля. Если облигации уже погашены и на счете деньги, подавать заявку имеет смысл сейчас. Если 90% портфеля — бумаги, разумнее дождаться их погашения или изменения практики. Параллельно юристы направляют Люксембургу претензию по соглашению о защите инвестиций, заключенному еще с СССР в 1989 году: это может создать необходимое давление.
«Можно ли взыскать с Бельгии убытки через суд?»
Такой иск подают в Брюссельский суд первой инстанции. Сейчас там рассматриваются 3 подобных дела, ориентир по сроку — 10–12 месяцев. Истцы требуют стоимость бумаг, начисленные на них деньги и упущенную выгоду, ссылаясь на то, что Бельгия не создала работающую процедуру разблокировки. Перспективы спорные: для взыскания убытков нужно доказать незаконность действий государства, а отказ, который не обжаловали, остается в силе. Поэтому иск скорее дополняет получение лицензии, чем заменяет его.
«Есть ли смысл подавать иск к Euroclear в российском суде?»
Российские суды по таким искам взыскивают с Euroclear денежные средства, но не стоимость ценных бумаг, — исключение составило только дело Банка России. Главная проблема — исполнение: обратить взыскание в России запрещает указ президента № 8 от 3 января 2024 года. Теоретически решение можно попробовать признать в других странах, но по искам к депозитариям таких попыток пока не было.